Дверь домика распахнулась, и в нее буквально ввалилась крупная синяя ящерица. Хозяин дома, тоже глоргос, только явно очень старый, моментально оказался у гостьи. Он знал о ее проблеме, но ничем не мог ей помочь, кроме как уложить в постель и дать ей обезболивающего, что и было сейчас сделанно.
Уложив больную на мягкий тюк, служивший ей кроватью и, с трудом разжав сведенные судорогой челюсти, положил под язык особую смесь трав, что снимала любые боли.
Через час ящерка уже сидела со стариком за столом. Крылья, хвост, гдебень ее все еще мелко подрагивали, но вкусная настойка, приготовленная хозяином дома постепенно успокаивала перенапрягшиеся мышцы.
- В этом университете остались одни неучи, - грустно пожаловалась гостья.
- Что поделать, на войне необходима любая помощь, - старый ящер развел руками.
- Почему-то меня разжаловали из армии, когда я вернулась такой. А ведь я еще много что могу!
- Риахин, девочка. Ты же понимаешь, что на это могло быть множество причин. - старик не удержался от грустного вздоха.
Риа кивнула. Она действительно понимала. Проблема была в том, что теперь она не могла найти себе стоящего целителя. В надежде отыскать хоть мало мальски умелого мага, она добралась до университета Альенен, но... никого так и не нашла. Едиственный, кто смог ей помочь это старик алхимик, что приютил ее у себя. Но опять же помощь его была не большой: пара порошочков, да исцеляющая мазь, которая не могла выправить застаревшие переломы. Хотя...
- Ты до утра от меня не уходи. Поспи, приди в себя до конца. Куда ж ты такая уйдешь, да еще и на ночь глядя... - сморщеная когтистая лапа легла на чешуйчатое плечо ящерки. А другая лапа выложила на стол приличный охотничий нож. - Хотел бы я иметь дочку или сына... живого. Моих детей война забрала... Темные. Нет-нет, не думай, что я тебя упрекаю. Напротив, в тебе я увидел свою дочурку. А ей я хотел подарить его еще два года назад. Но как раз тогда она и не вернулась. Она была разведчицей...
При последних словах старика голову Риахин пронзил новый приступ головной боли. Более слабый, чем недавний, но слушать хозяина дальше она не смогла. Вяло извинившись, больная ушла в свою комнату, где, вдохнув щепотку пыльцы морфея, провалилась в глубокий спокойный сон.