Эпоха Перемен |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Эпоха Перемен » Провинции » Тракт на Драгонор
Если выйти из Мильгенсхельма на юг, попадешь в холмистые степи. По ним извилистой рекой бежит дорога в драконьи горы. изначально она вела через Лорунье прямо в Тариар, но сейчас, из-за скорого появления Барьера и разрушения самой столицы драконов, она доведет вас прежним маршрутом только до границы гор.
Харгу неутомимо шагала по степной дороге, привычно, размерено дыша, практически не сбиваясь с ритма. При необходимости она легко могла бы перейти на бег, и бежать так много часов подряд, но она никуда не торопилась. Рядом, неспешно бежала степная кошка – зверюга рыжевато песочного окраса, чуть меньше метра в холке и около полутора в длину. Круглая кошачья голова с округлыми пушистыми ушками любопытно зыркала желтыми глазами по сторонам, иногда срываясь в погоню за случайно выглянувшей полевкой. Пойманная мышь немедленно проглатывалась, а кошка возвращалась назад, поддевая свободную руку хозяйки, требуя ласки за удачную охоту.
Орчиха – а именно ею и была хозяйка степного кота, ухмылялась, на ходу почесывала свою любимицу за ухом, и вновь отпускала на охоту. Хотя полноценной охотой это назвать нельзя было, так…мышкование – развлечение, что-то вроде лузганья семечек у людей.
Хмыкнув, Харгу, бросив взгляд на солнце – слепящий, ярко-оранжевый диск был в зените, жара для непривычного к степям человека, была бы убийственной, заставляла бы наливаться водой, как кожаный бурдюк, потеть и плестись дальше. Харгу, естественно, таких глупостей не делала, степняка держала под языком медную монету, вот когда она захочет выплюнуть медяшку, значит можно сделать пару глотков и передохнуть. Правда сейчас, орчиха решила не просто передохнуть, а устроить полноценный привал – двигаться дальше по такой жаре в прежнем темпе было бы величайшей глупостью.
Стоило подумать об отдыхе, как подходящий островок достаточно густой растительности был немедленно найден. Устроившись в тени, девушка сбросила рюкзак на землю, и выудив оттуда пару кусков хлеба и солонины неплохо подзакусила, запивая все это теплой водой из бурдюка, да иногда бросала кусочки в сторону резвящейся кошки, которые та ловила на подлете.
Закончив с не хитрым обедом, орчанка растянулась в тени, закинув рюкзак под голову и гоняя сорванную на ходу соломинку из одного уголка рта в другой, собралась было подремать, заодно задумавшись о своем пути.
Шла она уже четвертый день, почти круглосуточно, делая лишь небольшие привалы в полдень, да ближе к вечеру - на закате, ночь же и день проводила в пути, упрямо двигаясь к своей цели – Драгонору. Ходили слухи, и очень небезосновательные, что там, легче всего пробить тонкую полосу реальности и призвать действительно сильного духа. Опасно, рискованно, но где еще молодому шаману разжиться хорошими духами? Не выращивая в течение многих лет – ждать черте сколько, и становиться хоть и сильной, но старухой, Харгу не планировала. А так, был неплохой шанс, что одолев духа в противостоянии, она получит если не сильного, то вполне себе зрелого духа. К тому же, обитатели горной местности, даже самые обычные, вроде огненных саламандр или каменных гномов на порядок сильнее своих равнинных собратьев. В общем, плюсов было больше, чем минусов, да и деятельная натура орчихи не терпела сидения на месте. В любом случае, ее ждет интересное путешествие, а это уже не мало.
Солнце неторопливо двигалось по небу, опаляя степь своими лучами. Оно уже не первую и не десятую тысячу лет путешествовало этим маршрутом, изучив каждый холмик, каждую тропинку в своих владениях. Вот только смертные все время менялись, вызывая любопытство дневного светила. Одной из таких смертных, была дремлющая в тени кустов молодая орчанка. Зеленокожая девушка вольготно развалилась на траве, и то-ли спала, то ли думала о своем. Она еще не знала, что спокойно отдыхать ей осталось не так уж долго.
-Ты далеко забралась, девочка. Далеко... Хочешь поиграть в прятки? Разве тебе не говорили, что те, кто бросает учебу плохо заканчивают?..
Вкрадчивый, смутно знакомый голос доносился с той стороны, где лежал шаманский посох, украшенный кошачьей головой. В этом не было ничего странного, вообще-то. Посох действительно иногда разговаривал с хозяйкой. Вот только голос был совсем другой, не тот которым обычно высказывалась кошачья морда в навершии.
-Ты плохо заплатила мне за науку. Обокрала и смылась. Ай-ай-ай, как нехорошо.
Харгу не мгла не вспомнить того, кто говорил с ней этим голосом. Пусть и прошло много времени, но как забыть своего учителя? А ведь именно его шелестящий, старческий фальцет сейчас радовался из уст её собственного посоха. И судя по тому, что и как он говорил, Старый Кот прибывал в ярости. Девушка еще помнила, что бывает, когда старик злиться...
Блаженная дрема уже опускалась на Харгу, укутывая легким покрывалом разум орчанки, обещая покой, пусть и временный, уставшему после долгого перехода телу. Но долгожданный отдых, так и остался долгожданным, ибо опрометчиво оставленный в стороне посох заговорил. В том, что ее шаманский посох говорил, не было ничего удивительного, в конце концов, он действительно шаманский, связь с тотемом, с Великим Духом и так далее, но уж что-что, а голос своего тотема Харгу бы точно узнала, склероз еще не настиг ее чернявую макушку. Да и голос своего учителя, пусть и бывшего, тоже поддавался узнаванию, а именно его голосом сейчас говорил ее посох. Дьявол и его легионы! Забери свет этого старого маразматика, он никак не хотел оставлять ее в покое!
Марыська (такое имя было у сопровождающей орчиху степной кошки), рычала, била хвостом, но держалась на расстоянии от злополучной палки.
Сама же Харгу, одним движением поднявшись с земли, ловко сцапала посох, вот только привычного оттока от тотема не было. Словно кто-то перекрыл канал.
- «Старый пердун» - злобно подумала орчанка, соображая, это какой же силой должен обладать ее бывший учитель, чтобы перекрыть канал от Великого Духа? Пусть и временно?!
«Да, дедуля, куда-то ты не в свою епархию влез, аукнется тебе это. Не прощают Великие Духи такого пренебрежения к себе». - Вот только вслух Харгу сказала совсем другое
- Чего тебе надобно старче?! Я уже не твоя ученица и тебе это прекрасно известно – очень хотелось добавить какой-нибудь не лицеприятный эпитет, но орчиха воздержалась – Старый Шаман был силен, а его ярость только добавляла ему силы…опасное сочетание…очень опасное. А Харгу, пусть и орк, но не из тех, кто будет по напрасну подставлять свою драгоценную шкурку под удар старого, психованного шамана.
Ответа на свое высказывание девушка не получила, связь уже прервалась. А шаман Тиукхар, по прозвищу Старый Кот, сидел в своей юрте, расставленной не так уже далеко от стоянки его беглой ученицы, и ехидно ухмылялся. Девочка конечно очень сильна, но ей все-таки стоило закончить обучение. Много она не знала, а многое пропустила мимо ушей... Вот была бы по умнее, наверняка сообразила бы, что у них с ней один тотем. А значит Великий не вмешается в противостояние шаманов, позволив им самим выяснить кто достоин быть Бегущим за Котом, а кому пора самом уйти к духам. О, Тиукхар повидал на своем длинном веку не мало молодых, самоуверенных и сильных противников. И был до сих пор жив, что само по себе говорило о многом. Впрочем, подумал он, радоваться пока рано. Дело еще не сделано. С этой мыслью старик взялся за свой бубен, и принялся отбивать на нем сложный, рваный ритм, иногда отвлекаясь на то, что бы быстрым, заученным жестом кинуть в костер очередную щепотку пахучих трав. После каждой травы дым окрашивался в новый цвет, а ритм бубна становился все быстрее и сложнее. Где-то на самом краю затуманенного трансом разума шамана мелькнула мысль: например вот этом ты не успела научится...
Заворот троп. 1ый раунд
Не прошло и пары минут, как орчиха ощутила под пальцами привычную пульсацию силы Великого Духа. Старый шаман не счел нужным отвечать, то ли сам прервал связь, то ли Великий Дух выбросил наглого старикашку. Впрочем, Харгу нельзя было обмануть подобной тишиной, слишком хорошо она знала старого Кота.
- «Значит, готовит какую-то пакость» - мелькнула уверенная мысль. Но если это так, а это почти наверняка так, то у нее практически нет шансов – она не владеет духовным зрением, ее сторона силы совершенно противоположна, Великий Дух дал ей эту силу, но забрал духовиденье. Дьявол задери проклятого старика! Что же делать…
Внезапно, легкий импульс, отошедший от посоха, пронесся по руке, достигая разума, резко высветил воспоминание.
Старый Кот стоял перед сидевшей на голом камне Харгу и менторским тоном объяснял:
- «Ни одно камлание не обходится без транса. Ни одно заклинание, кроме поиска, не может простираться так далеко, как угодно шаману, у всего есть пределы…»
Воспоминание исчезло так же быстро и внезапно, как и появилось, но больше, в нем не было нужды – Харгу итак помнила тот урок, а импульс от ее тотема, вызвавший это воспоминание, говорил о том, что Великий Дух не будет защищать свою водящую. Она сама должна доказать, что достойна этой силы, и для этого ей придется разобраться со Старым Котом самостоятельно…
Ну, тогда все ясно, особого выбора у орчихи не было, значит надо действовать. Итак, если она правильно помнит, то камлающий шаман должен находиться довольно близко, в идеале – в зоне видимости, но на такую роскошь рассчитывать не стоит. Следовало найти Старого Кота до того, как он закончит камлание, и прервать его транс – как боец, старик довольно слаб, и с нею не сможет сравниться. Это опять же в идеале, а вот как оно получится на самом деле – тот еще вопрос. В любом случае, ей нужно, чтобы учитель был в пределах досягаемости, иначе она проиграла, без вариантов…
План быстро вырисовывался в голове орчанки, пока та нервно, как загнанный зверь, металась по небольшому клочку земли.
Наконец, остановившись, Харгу поймала взгляд степной кошки – Марыськи, следившей за ней, и произнесла:
- Ищи Марыся, найди мне, где спрятался Старый Кот.
Кошка понятливо прикрыла глаза, и опустила морду к земле, а через несколько мгновений, Харгу уже бежала за своей любимицей, перекинув посох через плечо, чтобы не мешал в дороге.
«Ну держись дорогой читель, мы еще повоюем…»
Тем временем Старый Кот продолжал свое камлание. Разноцветный дым заполнил всю юрту, так что в нем с трудом угадывались очертания в павшего в экстаз шамана. Ритм бубна превратился в сумасшедший, надрывный. Удары почти слились в монотонный гул. А вокруг хижины вились легионы мелких степных духов, зачарованные шаманским бубном. Для них это был гипноз, временно подчиняющий их волю приказу шамана. А шаман все звал и звал, и духов становилось все больше и больше. И вот, последний удар бубна разнесся по степи эхом тысяч колоколов, а следом за ним, сам шаман запрокинул голову и издал рев, который мог бы сделать честь голодному медведю. После этого собранные им тысячи духов ринулись к цели. Их целью была целеустремленно бегущая по степи орчанка. Они завились вокруг неё, выбивая степь из под ног, подсовывая ложные тропы. Приказ шаман был ясен, заставить ходить по кругу, пока не упадет от изнеможения. Степные дороги для неё замкнуться в кольцо, и даже если она заметит это, то будет поздно. Никому еще не удавалось вырваться из закрученных кольцами троп шаманского камлания.
заворот троп - активировано.
[dice=1936-3872-2:6:0:]
Они вышли на тракт..
Караван из 5 путников терялся в лучах закатного солнца. Сгорбившийся всадник в плаще был во главе процессии, наравне с ним шел человек, на его голове был цилиндр, а остатки дневного солнца отблескивали в его очках, делая его самой приметной фигурой из всех, за ними двигались три пеших воина, которые были похожи на людей, но сложно сказать, были ли они ими на самом деле.
- Солнце почти зашло, в этом году ночи долгие, нужно вздремнуть, не знаю как вы Маркес, но пока я не вздремну пару-тройку часов, дальше мы не пойдем, - утомленно пробубнил старик, - если желаете - можем продолжить путь ночью, сплю я мало, но сон мне необходим, разбудите меня, если считаете нужным, я не голоден.
Выглядел Тиуза очень уставшим, несмотря на то, что весь день был в седле, а лошадь шла тихим и плавным шагом.
Никого не спрашивая, шаман свернул с дороги, зашел в маленькую рощицу, обошел огромный валун размером с дом, слез с лошади и привязал ее с дерева. Вернулся на дорогу, посмотрел - стоянку было не видно тем, кто бы просто шел по трактату, валун был действительно огромный, шаману он нравился, камень, или кусок скалы был прогрет дневным солнцем, черный, в серых прожилках, он был очень стар, может он помнит мир старых эпох, старик сравнил его для себя с Туром, странное сравнение, но хотелось считать эту махину чем-то родным.
Старик просто был сильно утомлен. Вернувшись к валуну шаман задрых, прямо на траве, оперившись спиной на камень, поросший толстым слоем мха. Трое воинов тоже расположились рядом с шаманом, начав свой бессонный пост.
Отредактировано Тиуза Двоедуш (2014-02-21 18:39:45)
- Думаю, и, правда, самое время для ночлега, - поддержал старика Маркес.
Процессия сошла с дороги, а гробовщик двинулся следом.
Ночи в это время года были теплые, поэтому вполне можно было обойтись и без костра.
Старик расположился у огромного валуна, а Маркес прошел чуть дальше. Стянув темные очки с лица, и пристроив их на шляпе, он огляделся.
Деревья здесь стояли редкие и мелкие, но в обилии были разросшиеся кусты.
- Лучше будет дождаться утра, путешествия по ночам не самая лучшая затея, - сказал Маркес через плечо, но в ответ из-за зеленой листвы донеслось лишь тихое посапывание.
– Значит и нам пора.
Маркес приметил отличное местечко, практически ровное, поросшее мелкой сочной травой и закрытое с двух сторон осиновыми кустиками. Гробовщик пристроил сундук под голову и улегся на спину. С четверть часа он размышлял о прошедшем дне. В небе темной тенью пронесся кто-то крылатый. Гробовщик, узнав очертания своего домашнего зверя, сквозь навалившуюся дрему подумал: «Интересно, есть ли здесь другие хищники. Волки, или может быть даже что похуже».
Мысль эта заставила морок сна на секунду отступить. Маркес достал из кармана резные часы, стрелки которых давно стояли, и, щелкнув крышкой, поглядел на циферблат.
- Хорошие часы, - иронично прошептал он. - Показывают самое важное время - обед и отбой.
Каково же было удивление Маркеса, когда секундная стрелка, задрожав, сделала натуженный шаг, а затем будто очнувшийся ото сна странник, заторопилась в путь.
«Вот демоны!» – подумал похоронных дел мастер. Знак был совсем не добрый. Сон смело как рукой, а сердце тревожно застучало.
Он не успел ни подняться, ни закричать, когда из кустов ему на грудь упали две тяжелых лапы. Дыханье тут же перехватило, а в лицо пахнуло смрадом из пасти огромного зверя.
Отредактировано Маркес (2014-03-15 19:09:59)
Тиуза Двоедуш
Маркес
Тихий голодный сон был прерван. Дичь уже давно ушка из засушливой степи. А без дичи нет еды.
Зверь поднял голову и вдянул воздух. Запах с маленькой полянки такого же мальенького лесочка шел не знакомый... точнее знакомый, но зверь еще ни разу не видел его обладателей. Живот немного заурчал и зверь решился. Он был уже даже не худ, он был тощ. Из под пятнистой шкуры песочных оттенков уже давно просматривали кости. Потому эти запахи были ему как подарок судьбы.
Степной кот подкрался к шуршащим кустам. В них ползало нечто странное. Слишком уж длинными были его задние лапы... и от этого странного шел непонятный запах. Будто падаль. Но оно же двигалось... зверь немного удивленно поднял уши, но почти сразу подобрался для прыжка. Он был слишком голоден.
Вот прыжок и добыча придавлена. Осталось перегрызть ему горло и наконец-то поесть.
Но внезапно зверя отвлекло кошачье шипение.
- Оставь! Это мое! - требовало нечто мелкое и крылатое. И на него и отвлекся степной кот. Он еще никогда не видел такой твари. Наверное она вкуснее чем та падаль, которую он держал...
Тиуза вожделенно спал, его не интересовал мир вокруг, он был окружен духами и их заботой, никто или даже ничто не подойдет на расстоянии пары десятков метров к старому шаману не оставшись без внимания множества тусклых желтых глаз. Тиузе снился сон, что бывало не часто, но каждый такой сон шаман запоминал детально, ведь засыпая, шаман тонул в связях с миром духов еще глубже, когда бодрствовал, что делало эти сны нечто большим, чем фантазии уставшего мозга. Сны пророчили, или говорили о настоящем, шаман не знал, ему всегда снился один и тот же сон, но каждый был продолжением предыдущего, которые шаман читал как книгу наполненную абсурдным, диким и непонятным содержанием.
Знакомое место. Вода разлитая до горизонта, глубокая черная вода, в дали множество цветных огоньков, они манят к себе, но в воду нельзя, в воде смерть - это Тиданир знал точно.
Мальчик стоял на гранитной плите, идеально круглой формы, может быть это была колонна уходящая в воду.
Кто-то осторожно коснулся его плеча, Тиданир обернулся. Перед ним стоял человек, или ангел, Тиданир представлял их себе примерно такими - он был высокий, одетый в дорогой неброский старый наряд, состоящий из кожаных штанов и льняной рубахи с золотым пошивом и пуговицами, за спиной были большие крылья, серые, потрепанные, оба волочились по земле, теряя рваные перья, у него были длинные золотые волосы, они частично закрывали бледное лицо.
- Привет, - сказал Тиданир, на его лице проступила улыбка.
- И тебе привет, - ангел улыбнулся в ответ, его губа треснула, из нее пошла густая черная кровь.
- Ты болен, каждый раз когда ты приходишь, ты выглядишь все хуже и хуже, - мальчик всплакнул и обнял крылатую фигуру.
- Посмотри на это с другой стороны, ты ведь уже взрослый, ты должен меня понять, я старею - ты растешь, скоро тебе придется выбирать, куда идти, когда я умру, в этом месте не будет смысла, мой огонек погаснет.
Мальчик прижался к ангелу еще сильнее, он не хотел смотреть вверх, на большой белый шар, паривший в небе и освещавший гранитный островок, и не хотел, чтоб ангел увидел его слезы. К его голове прикоснулась рука, сухая, холодная, в нескольких местах лопнула кожа и не было мышц, выступали белеющие кости.
- Когда ты уйдешь? - Тиданир все же поднял голову, пытаясь разглядеть лицо единственного друга.
- Ты украл мой вопрос, - ангел беззвучно рассмеялся, - думаю мы увидимся еще пару раз, обещаю. А куда пойдешь ты, после моего ухода? И да, я открою тебе маленькую тайну, я не уйду бесследно, я всегда буду рядом.
- Это как?
- Легко, я подарю тебе маленькую частицу себя.
- Какую? Что я могу дать взамен.
- Ничего не надо, оставить в себе память обо мне есть лучшее, что ты можешь для меня сделать, а что ты хочешь? - ангел присел на колени, его лицо теперь было в паре сантиметров от Тиданира.
Тиданир молчал, мальчик знал, что возможно видит ангела в последний раз, и подарок скорее всего будет прощальный.
- Я не хочу делать выбор.
- К сожалению, придется, это твоя судьба и кто-кто, но точно не мы сможем ее остановить, - прошелестел ангел смотря мальчику в глаза.
- Тогда, тогда спасибо тебе за все, я не хочу ничего просить.
- Не бойся, здесь много мостов, среди которых ты сам найдешь свою дорогу.
- Надеюсь ты вернешься.
- Если смогу.
Ангел поцеловал Тиданира в губы, мальчик не шелохнулся, черная кровь вливалась в рот Тиданира, уходя глубже и глубже, разливаясь по всему телу, казалось прикосновение сухих синих губ было долгим, хотя прошло всего лишь несколько мгновений.
- Прощай и помни.
Тиданир открыл глаза, он был один на островке, шар над головой исчез - ангел не вернется. Мальчик провел по лицу рукой, касаясь рта - крови не было, как будто не было ничего, что только что произошло. Нет, на плите лежало белое грязное перо, но поднялся легкий ветерок и сдул его в воду, перо ушло камнем ко дну - теперь действительно ничего.На плите начали появляться трещины, да и сам гранит начал медленно погружаться в воду. Мальчик побежал к мосту, к одному из них, их было великое множество и вели они во всех направлениях, но раньше по ним ходить он не мог, только с ангелом, когда тот держал его за руку. Этот мост был золотой, любимый мост, он вел к рубиновому островку, над которым пылало сразу два шара - один был огненно алый, а другой светился темным, зеленым светом.
Островок был пустой, но Тиданир знал, что это не так.
Он услышал до боли знакомый шепот:
- Иди, не задерживайся, - прозвучала пустота, тяжелым басом, как кто-то говорил с ним через длинную трубу.
- Твой старый друг прав, он свободен, а эти острова наши тюрьмы, ты же свободен как и он, даже больше, - весело прошумел другой голос, более звонкий, но не менее грубый, чем предыдущий.
- Я обещал вам однажды, и я сдержу обещание.
- Мы знаем, - прошумели оба голоса в ответ.
Мальчик ушел, нужно было найти того, кто смог бы ему помочь, того, кто смог бы дать ответы на его вопросы.Еще долго он бегал по мостам, но безрезультатно, наконец он остановился на одном из островков, это был еще один мертвый остров, у него не было своего огня. Тиданир уснул и провалился в беспамятство...
Больше Тиуза не видел снов в этот раз, досыпая свой положенный срок.
Сколько она уже блуждала по степи? Сутки, двое, неделю?! Запасы, взятые с собой в дорогу, давно кончились, и это несмотря на жесткую экономию. На дне бурдюка плескалось несколько глотков воды, уже мутной и начинающей затухать. Вода тоже давно не попадалась на пути степнячки и ее зверя. Орчанка похудела, осунулась, но упрямо пыталась идти к цели – Старого Кота уже заждались в мире душ. Спутнице молодой шаманке – степной кошке повезло меньше. Когда голод стал слишком силен, взяли верх природные инстинкты, кошка почти не слушала орчанку, пытаясь найти хоть какую-то дичь. Правда получалось довольно плохо – словно степь кто-то проклял, все зверье покинуло высушенные просторы, даже полевок – и тех больше не попадалось.
Измученная голодом и долгой дорогой, Харгу с наступлением сумерек опустилась на высушенную землю, откинувшись на спину и раскинув руки. Усталость обволакивала тело и разум, мягкой периной, убаюкивая, нашептывая, соблазняя сдаться, поддаться искушению и заснуть. Вот только орчанка прекрасно знала, что ничего хорошего из этого не выйдет – если она даст себе поблажку и заснет, то уже не встанет. К тому же где-то не так далеко послышался рык Марыськи. Нужно идти, вполне возможно, степной кошке удалось найти жертву.
Тяжело поднявшись, и куда только делась привычная ловкость, Харгу встряхнулась, сгоняя остатки липкой дремы, и двинулась туда, откуда слышала свою кошку.
По правде сказать, орчанку ожидал большой сюрприз – увидеть двух людей здесь, едва ли не в сердце степи в засушливый период она точно не ожидала. Наверное, поэтому, реакция зеленокожей девушки сильно запоздала, и Марыся, успела все же прыгнуть, пытаясь достать неведому зверушку, сопровождавшую путешественников. С обиженным мявом "зверущка" взлетела, шумно хлопая кожистыми крыльями, пытаясь скрыться из зоны видимости желтых, светящихся в темноте, глаз хищника. Присмотрись Харгу повнимательнее, или хотя бы удели этому событию чуть больше внимания, она бы с удивлением обнаружила вместо "неведомой зверушки" обыкновенного кота...только с крыльями, кожистыми, как у летучей мыши. Однако, то ли орчанка не уделила этому факту должного внимания, то ли голод и сталость настолько притупили ее чувства, но представительница воинственных племен степи, даже глазом не моргнула. Марыся же, не сумев достать летающего собрата, обернулась и с тихим рычанием двинулась на уже успевшего подняться человека, намереваясь прыгнуть во второй раз, и теперь уже окончательно придушить жертву или перегрызть ей горло, и утолить, наконец, голод, терзающий ее всю последнюю неделю. Правда, планам зверя не суждено было сбыться - на загривок приготовившейся к прыжку кошки, легла широкая ладонь оливкового цвета, и, слегка оттянув шкуру, тряхнула, заставляя животное отвлечься. Почти сразу за этим последовал приказ, произнесенный хриплым, натужным голосом – НЕ ТРОГАЙ!
Марыся, озверевшая от голода, злобно оскалилась, зашипела, прижимая уши к голове, но все же послушалась, пусть и нехотя, с большим трудом. К тому же, орчанка продолжала крепко держать ее за загривок, не вполне доверяя самоконтролю отощавшего зверя.
- Извиняюсь за вторжение, у нас тут небольшая проблемка приключилась – нехотя пробурчала Харгу, отыскивая в темноте очертания фигуры человека, на которого пыталась броситься Марыся, одновременно продолжая поглаживать скалившуюся кошку, хвост которой метался из стороны в сторону, выдавая крайнюю степень раздражения зверя.
Отредактировано Харгу (2014-03-30 20:41:29)
Из-за удара лап, Маркес никак не мог восстановить дыхание, чтобы выдавить из себя хоть какое-то слово. Приподнявшись, и опираясь на одну руку, он отполз назад, прислонившись спиной к туго сплетенным ветвям кустарника. В другой руке он крепко сжимал свои часы.
Через десяток секунд он, наконец, смог отдышаться, и вместе с тем в голову начали возвращаться мысли.
«Боги, на такие приключения я не рассчитывал. Теперь вместо огромной кошки меня сожрет отвратительный кровожадный орк. Ну, может быть и не такой отвратительный, но наверняка кровожадный».
Вживую этих существ гробовщик никогда не видел, да что там говорить, даже тел их он ни разу не придавал земле. Однако он прекрасно помнил страшилки из детства, которые ему рассказывала мать. Некоторые, судя по внешнему виду зеленокожей, были вполне оправданы. Единственное, чего он не понимал – почему она так культурно разговаривает. Что делать он также не знал – звать на помощь старого отшельника или завести беседу с этой дамочкой (судя по всему).
Часы в его руке щелкнули крышкой, обнажив застывшие стрелки, отсчитавшие за время происшествия около пяти минут.
«Ну, хоть это радует».
Наставник утверждал, что часы эти его деду подарила сама Смерть. «За верную службу. Как прежнюю, так и будущую» - сказал тогда Гебер. Чтож, при данных обстоятельствах Маркес был готов поверить в эту чепуху.
Убрав часы в карман и успокоившись, гробовщик поднялся на ноги. С неба темной тенью на его плечо приземлился Кысь. Кот был слегка взъерошенный и явно очень недовольный. Не находя себе места, он нервно перемещался с одной стороны на другую.
- Ор-р-рк, еще и извиняется за вторжение, - бурчал кот, - а то, что мне чуть хвост не оборвали, это ничего. Мне нужна моральная компенсация, а не извинения.
- Кысь, помолчи.
- Помолчи! Между пр-рочем я тебе жизнь спас, так что ты мне по гроб жизни теперь должен.
- Кысь, давай хотя бы сейчас без гробов обойдемся.
На это кот только фыркнул, но все же видимо слегка успокоился. Наконец, он уселся на правом плече хозяина, исподлобья глядя на непрошеных гостей. Подняв руку, Маркес потрепал его за загривок, а потом произнес, обращаясь уже к зеленокожей орчихе:
- Я думаю, мы могли бы помочь, если конечно эта проблема не гастрономического характера, – кот на плече нехотя заурчал, а Маркес продолжил. - Да. Я путешествую не один и мне не хотелось, бы пугать моего старого спутника. Я лучше сам его разбужу, если он еще не проснулся от шума.
Маркес повернул голову и довольно громко прокричал в сторону:
- Тиуза, проснитесь! У нас тут гости.
Отредактировано Маркес (2014-03-29 16:38:01)
Старый Кот сидел у остывающего костра и тихо скрежетал зубами. Девчонке невероятно повезло, она наткнулась на других путников на тракте. Его камлание не могло бить по всем сразу, и поэтому рассеялось, как только жертва встретилась с посторонними. Что-ж, не повезло случайным прохожим. Старик не любил лишних жертв, но обстоятельства не позволяли мелочится. Он вновь взялся за бубен.
До путников донесся глухой звук ударов, словно где-то очень-очень далеко, кто-то огромный бил в барабаны. Сложный ритм подавлял, давил на разум, придавливал к земле. Даже через разделяющую путников и шамана бескрайнюю степь, они чувствовали могучую, злую волю.
Старый Кот все держал и держал сложнейший ритм ударов, собирал и собирал вокруг себя духов степи, привлекал их обещаниями великих жертв. Он не просто камлал, он вкладывал всю силу, весь гнев в один удар. На небе стремительно сгущались густые грозовые тучи.
А в это время другой старый шаман, Тизуа, ушел слишком далеко в мир духов. Он не слышал ни шума борьбы, ни голоса Харгу, ни призыва Маркеса, ни угрожающий ритм бубна. Он спал, и не смог бы проснуться сейчас, даже если бы захотел.
Призыв Грома 1ый раунд
Чуть поосмотревшись и придя в себя, орчанка с удивлением обнаружила, что в общем-то не так уж далеко и ушла от того места, где произошел разговор со Старым Котом. Великие Духи! Где же она блуждала без малого две недели?! А самое интересное, как шаману – ее бывшему учителю удалось обмануть ее, и ладно бы ее, но как старый сморчок сумел обмануть Марысю?! Она же тотемное животное, на нее априори распространяется милость Великого Духа.
Видимо, старый сморчок оказался не таким уж и старым…или чересчур умелым.
Пока хоровод мыслей, кружился в черноволосой голове Харгу, бедолага, на которого так жадно облизывалась Марыська, тоже очухался, и даже сумел встать. На плечо высокому (ростом о был едва ли не с саму орчиху, а это о чем-то, да говорило), бледному господину приземлился летающий кот. И вот тут-то Харгу проняло…КОТ! ЛЕТАЮЩИЙ! Однако, комочку черного меха оказалось маловато иметь крылья, и пользоваться ими – это звереныш еще и разговаривал!
РАЗГОВАРИВАЮЩИЙ! ЛЕТАЮЩИЙ! КОТ!
По началу онемевшая орчанка, с размаху бухнулась на одно колено, и бухнула себя правым кулаком в грудь, гортанно выкрикнув орочье приветствие – Lok’Tar O’gar!
Правда, из-за безумной усталости и жажды, уже много дней мучивших путешественницу, достойного приветствия не вышло (и слава Великому Духу, иначе звон в ушах был бы обеспечен путешественникам).
- Простите, Ночной Охотник – низко пророкотала Харгу, обращаясь к коту, виновато склоняя голову – Моя кошка не хотела нападать на вас. Мы слишком долго путешествуем по степи, и последний раз наши запасы пополнялись несколько недель назад, а степные твари и ручьи с водой миновали нашу тропу стороной.
Хозяина летающего кота, девушка в упор не замечала – слишком важным для орка племени Степных Котов была встреча с таким необычным животным. Никак Великий Дух решил проявить свою милость по отношению к молодой шаманке, не иначе. На хозяина летающего кота она обращала не больше внимания, чем на раскидистый куст степной колючки.
Пребывая в некотором восхищении, близком к трансу, орчанка первой почувствовала грозный ритм бубна, рокот которого разливался по степи, отдаваясь где-то глубоко внутри ледяными волнами страха, пробуждая нечто, что существовало намного раньше разума. И это что-то дико, неистово вопило, посылая в конечности электрические разряды, заставляя уставшее тело забыть о голоде и усталости и повиноваться древнему инстинктивному призыву – бежать! Бежать от опасности, как можно дальше, спасая свою шкуру.
Степная кошка – спутница орчанки, напрочь забыла о своих несостоявшихся жертвах. Животное скалилось, прижимало к голове круглые уши и просительно скулило, мол «Пошли хозяйка, ты же чувствуешь, что сейчас будет плохо…»
Степнячка, не понимая, отчего проснулись древние инстинкты, подняла голову в небо, и, содрогнувшись всем телом, поспешно поднялась, посерев лицом (нечто вроде бледности у орков). Редко кто мог остаться равнодушным, встретившись взглядом с первобытной, безумной силой стихии, еще меньше было тех, кто смог бы ей противостоять, и Харгу не относилась к их числу, в конце концов, Великому Духу было угодно лишить ее духовного ока.
Отпустив руку с загривка Степной Кошки, орчанка ни к кому конкретно не обращаясь, пророкотала, указывая пальцем в стремительно темнеющее и клубящееся черными, как смоль тучами, небо, яростно сверкавшее причудливой сетью молний – Советую вам бежать, так быстро, как только сможете.
Конечно, Харгу понимала, насколько странно она выглядит – вывались из ниоткуда этакая зеленокожая громила, чуть не убила своим котом, извинилась, бухнулась на колени перед летающим котом, а теперь собирается удирать без оглядки. Она бы прекрасно поняла, если бы ее приняли за сумасшедшую, но для объяснений не было времени – тревожный колокольчик, превратился в самый настоящий набат, требуя улепетывать со всех ног, даже если потом свалишься, как загнанная лошадь, надорвавшись. Оставалось надеяться, что долговязый спутник Ночного Охотника все же послушается ее, или своего инстинкта…или самого Ночного Охотника, и таки попробует убраться отсюда подальше.
Отредактировано Харгу (2014-04-01 23:45:28)
- Ну что вы, что вы… - Маркес вытянул свободную от поглаживания кота руку ладонью вперед, жестом пытаясь остановить странный ритуал зеленокожей. От резкой смены настроения человекоподобной хищницы, бровь его поползла вверх, – Не стоит, право, никакой я не Ночной Охотник. Ничего страшного не произошло - если ваша кошка не будет повторять подобного, конечно…
- По-моему, это она мне… - протянул Кысь, жмурясь от наслаждения.
- Правда? – недоумевающе произнес Маркес. Гробовщик вгляделся в потупленный взгляд орчихи, и понял, что это действительно было так. – Неужели, Кысь, ты такая важная персона, какой кажешься?
Возможно, акт преклонения продолжался бы и дальше, если бы не странное чувство тревоги, возникшее, кажется, у всех существ, что были сейчас буквально в метре друг от друга.
«Что за чертовщина!». Глаза Маркеса устремились в затягивающееся мраком небо, кружащееся, вихрящееся, наполняющееся громовыми разрядами и меркнущими в этой пучине звездами, будто по мановению чьей-то недоброй руки.
Смутные предположения гробовщика тут же озвучила хищница, предложив самый, казалось бы, разумный вариант – бежать.
- Но куда? Где укрыться от грозы в степи? – с должной долей хладнокровия произнес гробовщик. – И как же мой спутник.
Ветер уже начинал клонить упругие кусты к земле. Маркес огляделся, ища нужное направление, но никак не мог увидеть знакомого ландшафта, в котором укрывался отшельник. Гробовщик чувствовал, как шкура кота под его рукой встает дыбом, а когти начинают медленно впиваться в его плечо.
- Нигде, - прошипел Кысь, толи в панике, толи в ярости. – Дикая магия. Лучше бы ее вообще никогда не было. Р-разве что… Надеюсь, я не забыл.
Смысл слов животного был непонятен Маркесу, но зверь, резким прыжком сорвавшись с плеча гробовщика, мягко спикировал и юркнул в кусты.
- Ну, отлично. И ты меня покинул, - только и сказал Маркес вслед пушистому домочадцу.
- Послушай, - сказал Маркес, обращаясь к зеленокожей, – здесь есть еще один человек, Тиуза. Помоги мне его найти. Твой зверь должен чувствовать запахи.
Надеясь не потерять последнюю опору в темноте, Маркес, преодолев страх, схватил орчиху за запястье.
Тем временем среди кустов, в которые прыгнул кот, происходило еще одно невообразимое действо. Оттуда мурлыкающим, почти напевным голосом доносились странные тексты. Создавая невидимые глазу потоки всё усиливающегося, входящего в резонанс с самим собой звука, они заставляли покрываться кожу мурашками, а землю и растущие на ней кусты содрогаться не хуже чем от ураганного ветра.
Высшая степень ученического заклинания роста, с помощью которого школяры магии проращивают за пару часов семена растений или заставляют розы распуститься не в сезон. Говорят, в этом умении есть капля божественной магии, дарованная самим Демиургом, заставляющая семена тянутся к свету и растворенная в естестве планеты. Деревья, окутанные этой магией в полной мере, начинают до невозможности бурный рост, который, кажется, не может остановиться. Буквально за минуты стволы деревьев могут достичь невообразимых размеров в десятки метров и уйти далеко в небо, а кроны их подобно огромным щупальцам спускаются куполом, сплетаясь и закрывая горизонт. Есть и обратная сторона медали – земля, которую с огромной скоростью испещряют жаждущие влаги и питания корни мгновенно иссыхает, трава на глазах чахнет, а камни в ней превращаются в песок.
[dice=3872-1936-2:6:0:]
Отредактировано Маркес (2014-04-01 00:33:43)
Кот все тянул и тянул свои мурлычущие заклинания, вызывая из памяти о другой, давно забытой, казалось бы, жизни тексты древних как мир песнопений. И зачарованные тихим голосом растения тянулись в верх, превращаясь из травы и кустов в колоссальные, исполинские деревья. Не прошло и пяти минут как путники оказались в густом, темном лесу, окруженные могучими стволами исполинских древ неизвестной породы. Если бы здесь присутствовал Демиург Да`Аэда, он бы сказал, что кое-кого жизнь ничему не учит... Но его здесь не было.
А впавшему в транс шаману не было дела до смутно ощущенного заклинания, сотворенного рядом с его строптивой ученицей. Он все стучал и стучал в верный шаманский бубен, и подкидывал травы в костер. И духи стихий, призванные им на помощь, все плотнее и плотнее затягивали небо грозовыми тучами. Уже скоро, очень скоро, небесный огонь обрушится на головы врагов. Он верил, истово верил в свою силу. И в то, что никто не спасется от его гнева. А потому пошел на большой риск. Среди прочих трав, брошенных в костер была "степная белена". Вдыхая её дым, он обрекал себя на ужасные последствия, но усиливал восприятие, и укреплял контакт с духами. Оно того стоило.
Призыв грома 2ой раунд
Мастер извиняется за задержку поста. Мастер болел(
Тиуза выспался, благо солнце хорошо прогрело камень, у которого он и пристроился, глаза открывать не хотелось, вокруг было тепло, а духи всегда рядом, но все же время идет, а рядом должен быть гробовщик, надеюсь он не натворил глупостей.
Шаман открыл глаза и на пару мгновений впал в прострацию, "Лес?! Где я?!", шаман внимательно огляделся, обстоятельства заставляли его трезво мыслить: камень на месте, духи-стражи рядом, напуганная лошадь, но лес, вокруг был лес с огромными, вековыми деревьями. Тиуза захохотал.
- Светлая память, тебе, Тур, знакомый почерк, уж не твоя ли магия, не твои ли братья тут были.
Тиуза окончательно проснулся, как минимум нужно во всем разобраться, и найти гробовщика. Тиуза начал по порядку, пару раз выкрикнул имя Маркеса, побродил вокруг камня, тропу в такой глухомани да еще и ночью найти он не смог. Тогда будем действовать по другому, Тиуза достал воронье перо и кусочек мела откуда-то из закромов бороды, провел по нему пальцем, замер, напевая ему одному известные мелодии тихо позвал ворона, натер перо мелом и подкинул его воздух. Перо поднялось в воздух и с едва слышным свистом исчезло, на руке шамана сидел черный ворон и смотрел в желтые глаза старика. Тиуза улыбнулся старому другу.
- Спасибо что пришел, я знал, что ты рядом, помоги мне.. да, помоги. Что в небе и на земле, лес вокруг есть, а дороги нет, скажи что вокруг, скажи куда идти, - ласково заворчал старик поглаживая клюв птицы.
Ворон взлетел и огибая кроны деревьев пропал из виду. Шаман подошел к лошади, она была напугана и придушена, веревка была порвана, по видимому дерево к которому была привязана лошадь выросло, чуть не убив животное. Тиуза достал из сумки бутыль воды, соцветие полыни, сорвал пару листов подорожника, плеснул на лошадиную голову воды, омыл рану натертую веревкой, разжевал приготовленную траву, морщась от привкуса полыни и втер ее в больную шею.
- Легче будет, не бойся, я рядом, недобрый человек тебя обидел, не твой дух эту боль заслужил, молодой он еще, рано ему уходить из этого мира, позже будет, терпи лошадка, лучше будет сейчас, через час бегать будешь, - проговорил Тиуза, положив руку на гриву животного, лошадь уже не боялась, но шаман еще чувствовал медленно утихающую боль животного.
Сидя у лошади и дожидаясь ворона, Тиуза почувствовал, что рядом есть несколько шаманов, он не сразу почувствовал их энергию, слишком много впечатлений свалилось на голову старика разом. Один был рядом, Тиуза мог бы с легкостью его найти, его он чуял отчетливо, и был еще один, или несколько, он или они были дальше, и чувствовалось, что вокруг них или его сгущаются злые, низшие духи, столбом уходящие ввысь, это дикая магия, дикие камлания, когда духи не братья шаману, но капризные боги, ничего хорошего ждать от этих обрядов точно не следовало. Тиуза не обращал излишнего внимания на происходящее вокруг, только дал своей свите знак быть наготове, а сам продолжил врачевать свою лошадь.
Призыв духа ворона(неудачи).
Отредактировано Тиуза Двоедуш (2014-04-06 21:45:23)
Исполинские тучи, сизо-черного цвета, клубились над путешественниками, скапливаясь пыльным комом над головами жалких душонок, так нежданно-негаданно попавших в степную грозу.
Вот только не совсем обычной была эта гроза, если даже орчанка – исконный обитатель засушливой степи, и та на одно мгновение испытала позорное чувство страха, липкой сетью окутавшее разум и сжавшее когтистой лапой сильное сердце. Презрев заветы предков, орчиха хотела уподобиться степным шакалам и броситься бежать, даже не разобравшись толком в ситуации, и вот то уже считалось истинным позором в ее племени. Впрочем, это все лирика, небольшое отступление, пояснение, предисловие, и так далее.
Пока же Харгу «любовалась» грозовыми раскатами, освещавшими фиолетово-черные бока туч, с землей тоже начали происходить метаморфозы – к низкому рокоту разозленных небес, добавился чудовищный гул земной тверди, который не столько слышится, сколько ощущается всем телом.
В высь, к штормовым тучам, подобно копьям устремилась молодая поросль, на глазах утолщаясь, покрываясь жесткой шершавой коркой, и вот, посреди степи, повинуясь мурлыкающему голосу Ночного Охотника появился поистине вековой лес.
Харгу, всю свою недолгую жизнь проведшая в степи, лишь слышала о таких краях, где произрастают могучие великаны, укрытые седобородыми мхами, одни лишь корни которых не всякий человек может обхватить руками. Будучи тогда еще маленькой девчонкой, орчанка с замиранием сердца слушала россказни Старого Кота, представляя, как она будет шагать по небольшой тропке, трепетно огибающей гигантские стволы. И вот, пожалуйста, прямо сейчас, буквально у нее из-под ног, посреди полузасушенной равнины выросли могучие великаны, столь громадные, что внутри каждого поместилось бы несколько легких юрт, да еще и загон для мелкой живности можно было бы втиснуть.
Харгу, никак не привыкшая к таким переменам в облике родных равнин, позволила костлявому человеку уцепиться за ее руку, не воспротивившись ни словом, ни делом., да и чему тут было противиться. В конце концов всем им нужно спасать свои шкуры…и как можно быстрее, но и просто бежать спасая лишь себя, тоже было нельзя.
Дернув плечам, орчиха словно попыталась стряхнуть с себя оцепенение, навеянное страхами при виде бушующих стихий, и обернулась к человеку, привлеченная его словами про какого-то Тиузу. Оливковая ладонь вновь легла на холку зверя, ласково трепля и поглаживая шкуру, принуждая успокоиться и довериться шаманке.
- Марыся то чувствует, только ей нужна вещь, запах, намек, ей нужно дать понять, кого искать. Кто твой спутник?
Отредактировано Харгу (2014-04-11 22:55:35)
- Я не знаю, - сказал Маркес. Да и действительно он не мог представить, как пахнет отшельник. – У меня нет ни единой его вещи. Но… он пахнет - как и я - он человек. И еще, он пахнет смертью.
Маркес вспомнил сопровождение отшельника.
- С ним путешествуют падшие воины. Твоя кошка должна чуять запах смерти.
По руке гробовщика прокатился странный озноб после касания зеленокожей женщины, но он не преминул отпустить хищницу. Тучи грохотали все сильнее, и ужасающий гром заставлял действовать, откинув все предрассудки.
- Он должен быть где-то поблизости, где то здесь, - Маркес указал рукой на ближайшие кусты, но они тем временем превращались в деревья. Огромные не сминаемые никаким ветром. Небо застлала пелена листьев, и поток воздуха отступил, а гробовщик на секунду обомлел.
Под этим чертогом можно было переждать любую бурю. Но найти здесь старого скитальца было теперь слишком сложно.
Взгляд Маркеса ушел к вырвавшимся из земли огромным корням, которые пытались перевернуть его сундук.
Движением руки он закинул кладь за спину.
Легкий шок перед неумолимой стихией прервал запрыгнувший на спину Кысь.
- Все хорошо, хозяин, - прошептал кот. - Я здесь.
Животное вскарабкалось по старому сюртуку на плечо.
- Где ты, сожри тебя демоны, ошивался, - сказал Маркес.
- Мышей ловил, - преспокойно протянуло животное.
- Самое время, - только и смог ответить похоронных дел мастер.
Он видел, как на лице орчихи отражается его собственное недоумение. Буря грохотала где-то на заднем плане, но теперь они были в объятиях огромных древ. Озноб тем не менее от этого не проходил.
- Я уверен, это сделал Тиуза, - прошептал Маркес так, что его слова мог услышать только маленький хищник на плече, а затем громче:
- Мы должны его найти, он сможет нас защитить.
Отредактировано Маркес (2014-04-12 00:24:23)
Зловещий ритм шаманского бубна все нарастал, мощь собранных воедино духов росла. Тучи опустились почти к самым верхушкам выращенного магией леса, в них замерцали первые вспышки молний, глухо зарокотал гром. Старый Кот все призывал и призывал духов, стремясь насытить заклинание максимальной силой. Теперь, когда он впал в транс так глубоко, что уже не был уверен, что сможет вернуться, он внятно различил суть сотворенного у дороги заклинания. Если бы в своем нынешнем состоянии он мог бы смеяться - он бы рассмеялся. Глупцы! Неужели они действительно хотят укрыться под деревьями от его гнева?! Тогда те кого встретила Харгу на дороге еще глупее чем она сама. Он кинул в костер еще одну щепотку травы, и пламя приобрело насыщенный синий оттенок. Ритм бубна ускорился, стал лихорадочным, сливающимся в единый гул. Теперь уже скоро, очень скоро... Но какая-то мелочь не давала покоя. Среди ясно обозначенных целей была одна, чья аура казалась одновременно знакомой и чуждой. Это насторожило бы шамана, не погрузис он так глубоко в мир духов. Он продолжал почти завершенное камлание. Он знал, что больше дерзкая девчонка от него не скроется.
призыв грома. 3ий раунд
Лошадь пришла в себя, садись и скачи галопом куда нужно - о встряске напоминала лишь ободранная кожа на шее скакуна, которую Тиуза уже успел обработать, но тем не менее, лошадь все равно была напугана, шаман уже знал почему и это если не пугало, то вызывало ничуть не меньшее напряжение.
Ворон передал весточку. Это была буря, буря вызванная духами и закрывающая собой небо над лесом.
- Некуда идти? Некуда, повсюду тучи, и ветки, злые шаманы позвали злых духов, кто-то разгневал лес, кто-то пропал. МАРКЕС! - в последний раз заорал старик, больше кричать не хотелось, немного заболело горло.
Тиуза почувствовал, что ворон сел ему на плечо, хоть кто-то близкий и родной душой был рядом, ведь его тени молчали, хотя Тиуза понимал, что ничего путного они сейчас не скажут, поэтому и молчат.
- Плохо дело, все очень плохо, - залепетал шаман ворону, - рядом потерявшийся Маркес, рядом шаманы гневят духов, сильно гневят, небо чернеет, бежать - не убежать, а умирать мне еще рано. Душонка ты моя, угольная птица, найди по следу кто духа гневит, да передай весточку, а не примет, злобой ответит, клюй ему его трижды проклятые глаза, нельзя духов злить, не ради других, не ради себя. Помоги еще раз, будь милостив к старику.
Тиуза быстро нащупал несколько бусин с рунами в бороде, вырвал одну с клочком волос, заплетенных в косичку и повязал на шее ворона. Птица взлетела и скрылась в направлении потенциального врага, кто бы он не был, а камлания заливающее небеса черным до добра не доведут. Примерно об этом думал Тиуза, не считая его попыток вспомнить, сколько у него осталось еще ржаных лепешек в сумке.
Тиуза встал, осторожно повязал лошадь и, в окружении своих стражей, неспешно пошел в сторону другого шамана, след которого был мягче и ближе, может и Маркес там.
[dice=5808-7744-2:6:0:Поиск вороном источника камланий]
Человек, с которым ходят души умерших? Орчиха недоверчиво покосилась на долговязого, по ее субъективному мнению от него самого исходил такой запах мертвечины, что мог перебить все окружающие запахи вокруг. А тут еще и лес этот, нет Ночному Охотнику конечно большое спасибо за предоставленное укрытие, но ее бедная кошка очумело мотала головой и отфыркивалась, пытаясь совладать с наплывом совершенно новых и абсолютно незнакомых запахов. Впрочем, это всего лишь дело времени. Куда больше орчанку интересовал этот Тиуза, с которым ходят духи – уж не шаман ли он?
Ох, что-то многовато шаманов собралось на одном пятачке в бескрайней степи, и Харгу это решительно не нравилось.
Да еще и Старый Кот этот. Своего учителя она знала достаточно хорошо, и прекрасно понимала, что просто так он не остановится. Они, конечно, укрылись от грозы, вызванной старым шаманом, но все надолго ли? Харгу в этом очень сомневалась.
В любом случае, нужно действительно найти этого Тиузу, вполне возможно, что этот старик и правда шаман, а раз долговязый говорит, что с ним ходят духи, значит, скорее всего, видящий, может он подскажет Харгу как справиться со Старым Котом. Да и Марыся вроде попривыкла слегка. И уже не пытается прикрыть лапой нос, а просто настороженно принюхивается к незнакомой обстановке.
Орчанка присела на корточки перед зверем, так, чтобы их глаза оказались на одном уровне и схватив ладонями зверя по бокам морды тихо произнесла – Марыся, девочка моя, помоги мне найти человека. Он ходит с духами, но это не Старый Кот который далеко, этот ближе. Найди его маленькая моя.
«Маленькая», размером так с взрослого волкодава, по пояс взрослому человеку, согласно муркнула, и недовольно отфыркиваясь от непривычных запахов, приникла к земле, почти тут же взяв нужный след. Харгу, следившая за своей любимицей, не упустила этого момента, а потому почти сразу ломанулась сквозь кусты, в которых скрылась Марыся, только и успев, что махнуть долговязому и Ночному Охотнику, приглашая их следовать за собой.
- Ну, надо же, - рассуждал вслух Маркес, пробиравшийся следом за орчихой, – кто бы мог подумать, что за один вечер со мной может приключиться столько вещей, сколько не происходило за всю жизнь…
Какая-то колючка опять зацепила его за полу фрака, и гробовщику пришлось остановиться, чтобы убрать ее. На секунду он перевел дыхание, снял с головы шляпу и прошелся белым платком по порядком взмокшему лбу.
- Тебе пр-росто повезло с компанией, - заметил кот невзначай, смотря на шуршащие впереди кусты.
- Повезло? – Переспросил гробовщик, опять двинувшись в заросли. Ему уже надоедала эта не обремененная сном ночь, – Ты считаешь, что безумный старик, зеленая дылда с кошкой таких же размеров, и кот с дефектами речи – это хорошая компания? Да с телегой трупов было бы приятнее путешествовать. От них, по крайней мере, не приходится ждать неприятностей.
Маркес пожалел, что не взял с собой дорожную трость. Корни деревьев постоянно норовили подцепить тебя и уронить на землю, продолжая свой хоть уже и неторопливый рост. Судя по довольной морде кота, Кысь наоборот был в восторге от зеленой гущи.
- Надо было взять с собой лопату, - сказал Маркес, снова нагоняя зеленокожую.
- Зачем? – искренне поинтересовался кот.
- Вдруг кто-нибудь умрет сегодня, - гробовщик отогнул норовящую сбить шляпу с головы ветку, и вышел на небольшую полянку. Судя по повадке огромной кошки, прекратившей поиск и теперь прислушивающейся к звукам из дальних кустов, Тиуза был уже совсем близко. - Не руками же закапывать.
- Да брось. Скоро мы прибудем в Ториар-р, ты и глазом моргнуть не успеешь. Спорим?
- Что я глазом моргнуть не успею?
- Дур-рак. Что мы доберемся целыми и невредимыми.
- Хорошо, - Легко согласился Маркес. - По рукам, или что там у тебя… А на что спор?
- На сосиски.
Маркес непонимающе поглядел на Кыся.
- Три фунта сосисок, - Подытожил кот. – Когда я был в Ториаре в последний раз, там подавали отличные копченые сосиски.
- Да? И когда ты там был в последний раз?
- Ну, две тысячи лет назад, примерно.
- Что? – удивленно произнес гробовщик, - Ты хочешь сказать…
Кысь замешкался, поняв, что сказал что-то не то.
- Нет, ну это кошачьи годы, - выкрутился кот, - У нас время идет по-другому, ну р-разве ты не знаешь? В общем, не бери в голову. Вон, смотри лучше. Вот и твой приятель.
За разговорами гробовщик не заметил, как орчиха развела густые заросли, завидев мелькающие впереди очертания. Сквозь образовавшийся просвет Маркес увидел Тиузу в окружении насторожившихся мертвых воинов.
«О нет. Сегодня действительно кто-нибудь умрет».
Отредактировано Маркес (2014-04-15 20:23:37)
Последний удар бубна разнесся по степи подобно гонгу, оглушая всех, кто оказался случайно между шаманом и его целью, а главное саму цель. Грохот прокатился по степи, приминая траву и распугивая животных. Последняя шепотка сушеной травы - "злая полынь", проклятая всеми степняками за жуткую ядовитость и незаметный облик. Пламя полыхнула всеми цветами спектра, и ударило вверх столбом более 5 метров высотой. Шаман расхохотался, и пришел гром.
Из низко нависших над лесом туч разом ударили тысячи молний. Первая же из них развалила пополам огромное дерево совсем рядом с путниками. Древесина вспыхнула мгновенно, затем горящее дерево завалилось в право, поджигая соседний ствол. То же самое происходило со многими и многими деревьями, ведь молний было очень-очень много. Затем загорелась степная трава, которая осталась у оснований магических деревьев. Лес тут-же наполнился удушливым дымом. А вокруг пятачка магической зелени уже горела степь. Огонь полыхал от горизонта до горизонта, и казалось ничего живого не могло быть в этом огненном аду. Но вокруг Старого Кота был круг нетронутой земли, в центре которого полыхал разноцветный столб колдовского костра. А сам старый шаман отложил бубен, и любовался величественной картиной бушующего пламени.
-Какая красота шептал он - Какая красота... Даже жаль, что все это величие достанется одной единственной глупой девчонке.
призыв грома 4ый раунд. сотворено.
[dice=3872-7744-2:6:0:]
Он увидел орчиху и Маркеса, выходившего из за кустов. "Орк? Маркес? Крылатый кот?! Новоявленый лес? Черное небо? Что здесь вообще происходит? Шаманы?", вопросы трелью пронеслись в голове Тиузы за секунду до оглушающего шума.
На несколько мгновений стало светло как днем, с оглушительным ревом тысячи молний пронзили лес, поджигая деревья и траву, шамана обдало жаром, а в горле появился тяжелый, горький привкус жженой травы, сердце вспыхнуло глухой и тихой болью и тут же утихло - ворон ушел в мир духов, птица не справилась с бушующей стихией.
Слишком много впечатлений за одну ночь, от вечной рассеянности и блуждающего взгляда на лице Тиузы не осталось и следа, ему было некогда смотреть на окружающих, даря свои блаженные улыбки. Шаман притушил уголь, прилетевший ему в бороду, дабы не загореться самому и крикнул Маркесу с Орчихой.
- Маркес! Сюда, нет времени, ты, - он показал в сторону орчихи, - иди сюда тоже, если хочешь жить, это твои кошки? Держи их крепче, не думаю, что то, что я сделаю будет вам и им по вкусу.
Не дожидаясь ответной реакции остальных путников, шаман, подозвал одного из своих стражей, что притаптывали вспыхнувшую траву, и откидывали горящие ветки подальше от шамана.
- Прости меня за боль, которую я дарую тебе. Ступай в мир духов, я призову тебя позже, - шаман преклонился перед одним из своих духов и через пару мгновений обратился ко всем живым, кто был рядом с ним - То, что сейчас произойдет, будет нашим секретом, знайте, что это стоит моей головы на плахе главной площади столицы Тьмы, да и ваших голов тоже, прошу, не бойтесь, ибо я не хочу наживать себе врагов в ваших лицах.
Тиуза закашлялся, вдохнув дым, но отдышавшись, он вонзил свой замотанный в тряпки посох в духа мечника, золотое лезвие порвало тряпки и глубоко ушло в духа. С громким скрежетом, дух воина свернулся в сферу и растворился в остриё копья, которым был посох. Шаман присел на колено, алый камень, вставленный в копье засиял и мир вокруг на секунду погрузился во тьму, через которую не мог пробиться даже свет пожара.
Тьма рассеялась, а перед шаманом стояло высокое, почти на метр большее, чем Тиуза, создание, похожее на льва и человека, точнее это был лев, но стоял и держался он как человек, на талии весела рваная повязка, в одной из его лап был полуторник, а его грива и хвост пылали ярче, чем огонь лесного пожара. Один его внушительный вид внушал панику и желание бежать куда дальше, так мог выглядеть только демон.
- Ха-ха! Какие люди! - лев, басовито загоготал, давая понять, как он рад встрече, - и место ты выбрал подходящее, великолепно, все пылает, все горит, будь у меня дом и воля, я бы остался тут! Смотрю ты и твои друзья тоже рады огню, только думаю не долго, как вы вообще тут оказались!?
- Спаси нас, думаю мы тут сгорим, там есть кто-то недобрый, кто уверенно решил нас сгубить, - пробубнил, кашляя и отгоняя от лица клубы дыма, шаман.
- Что же, попробуем что-что нибудь сделать. Эх не хочу я губить такую красоту, но что не сделаешь для доброго человека!
Морда льва растянулась в ухмылке, или оскале, трудно было сказать. Он воткнул полуторник в землю, широко развел руки смотря в сторону, где должен был быть недруг Тиузы, и начал шептать заклинания, на своем неясном никому языке. Демон хотел погасить огонь лесного пожара или хотя бы сделать безопасный коридор в сторону врага, все зависло от удачи, ведь это был огонь порожденный магией, так просто его не остановить, хотя демон не видел в этом смысла, он бы оставил огонь, разжег его еще сильнее и наслаждался им, если бы это не угрожало жизни шамана. [dice=7744-1936-2:6:0:Приглушение огня.]
призыв демона огня. сотворено.
приглушение огня. демоническая магия. сотворено.
ворон и дух-страж(мечник) изгнанны в мир духов.
Отредактировано Тиуза Двоедуш (2014-04-16 16:15:07)
Орчиха продиралась сквозь густой подлесок, которым неожиданно обзавелась родная и привычная степь. Лесу тоже не нравилась коренная обитательница равнин, и ветви не скупились на хлесткие пощечины, оставляя на теле Харгу ссадины и царапины. В отличие от своей хозяйки – У марыси таких проблем не возникало – кошка ловко просачивалась сквозь лес, словно нарочно выбирая маршрут, изобилующий тонкими ветками и колючими кустарниками, не особо обращая внимания на ругань орчихи.
Раздвинув ветви очередного кустарника, Харгу наконец увидела того, кого они искали – такого же долговязого и худого человека, как тот, что шел за ней переругиваясь с Ночным Охотником. Видимо это и был Тиуза, и по его виду орчиха могла со стопроцентной уверенностью сказать, что этот старик был шаманом, причем видящим, как и Старый Кот.
Ах, не буди лихо, пока спит тихо, называется – стоило Харгу вспомнить о старом учителе, как небеса потряс поистине чудовищный раскат грома. Затянутое черными тучами небо на мгновение осветилось яркой вспышкой сотен молний, которые одновременно ударили по всему зеленому массиву, под крышей которого укрылись путники. Совсем рядом треснуло дерево, расколовшись на две части под ударом небесного топора, и практически тут же запылало, опалив странников сухим жаром. Харгу знала, как бывает страшен и непредсказуем степной пожар, однако, она понятия не имела на что способен вот такой, лесной пожар, и от этого было еще страшнее.
Впрочем, спутников орчихи это кажется не слишком смутило – человек, названный Тиузой, слегка притушил пламя вокруг них, и почти сразу приказал Харгу держать кошку. В других обстоятельствах, орчанка только презрительно фыркнула и не подумала бы удерживать Марысю, однако, в голосе шамана звучала такая властность, и такая уверенность, что Харгу не успела даже подумать об ослушании, опустившись на колени и крепко обхватив мечущуюся и дрожащую от инстинктивного страха перед огнем, кошку. Почувствовав знакомы ладони на груди, Марыся немного успокоилась, и не пыталась вырваться, только нервно переступала с лапы на лапу и стригла круглыми ушами.
А шаман тем временем начал какой-то ритуал. Поляну заволокло черным едким дымом, не то от пожара, не то от заклинания Тиузы, но буквально через мгновение, дымовая завеса рассеялась, и Харгу совершенно инстинктивно крепче вцепилась в Марысю. Кошка бесновалась, рычала, билась в стальных оковах объятий, полыхая поистине первобытной яростью. Хорошо еще, что кошка была ослабленной после долгой голодовки, иначе Харгу не удалось бы удержать ее ни словом, ни вот такими «объятиями».
А призванное существо смеялось и радовалось творившемуся вокруг кошмару, да так, что у в общем-то далеко не трусливой орчанки, душа уходила в пятки. Великий Дух защити нас! Но тотем как обычно молчал – противостояние еще не окончено. Старый Кот все еще был жив. Впрочем, вряд ли надолго, с тем, кого призвал Тиуза, Старый Кот не справится так легко, как со слабой ученицей, если вообще справится. Великие Духи, когда же это все кончится…
Вы здесь » Эпоха Перемен » Провинции » Тракт на Драгонор